"Люк Робитайл: «На тренировки ездил на «Мерседесе» Марселя Дионна»"

Есть множество причин называть Люка Робитайла «Счастливчиком». Он один из лучших снайперов в истории хоккея, обладатель Кубка Стэнли и спортивная икона Лос-Анджелеса. Один из лучших послов хоккея, по-прежнему обожает игру, но и на пенсии чувствует себя вполне неплохо. В своем интервью Люк сравнивает Сида Кросби с Супер Марио и Великим, рассказывает о буллите, который он никогда не забудет, и предсказал, что «Анахайм» выиграет Серебряную Чашу в 2007-м.

Ты был задрафтован в 1984-м, в том же году, что и Марио Лемье. Ты вырос в Квебеке и наверняка слышал много легенд о Супер Марио?

О Марио я знаю много. Я видел его, когда мы еще играли в детских лигах. Я пришел посмотреть на его игру, просто потому что все вокруг только и говорили о нем. А когда ему исполнилось 16, то он перешел в команду, которая играла всего в миле от моего дома, так что можно сказать, что я видел почти все его домашние матчи за «Лаваль». Мой первый год в юниорах был для него последним, так что мы успели и поиграть друг против друга, и я довольно неплохо его знаю. Думаю, что он был удивительным игроком, и я старался учиться у него.

За карьеру ты забил всего на 22 гола меньше, чем он. Можно сказать, что ты тоже неплохо себя показал.

(смеется) Да, показал себя неплохо. У меня были хорошие учителя.

«Короли» выбрали тебя в девятом раунде. На пять раундов раньше они взяли члена Зала бейсбольной славы Тома Глэвина (Глэвин в молодости играл в хоккей и в бейсбол в результате чего был выбран на драфте в двух лигах, но отдал предпочтение бейсболу). Ты с ним знаком?

Да, я познакомился с ним, после того как мы с «Детройтом» выиграли Кубок Стэнли. Я привез Кубок к себе домой в Лос-Анджелес, и мы закатили там вечеринку вечером в субботу. А в воскресенье я решил повозить Кубок по Лос-Анджелесу, ведь тут его никогда не было. Мы съездили на голливудские холмы, на пляж, на Сансет бульвар, на студию «Юниверсал» и стадион бейсбольной команды «Доджерс». В тот день «Доджеры» играли с «Брейвз», и Глэвин был там, так что я сделал его фотографию с Кубком. Так и познакомились.

Глэвин вырос Бостоне и является большим хоккейным болельщиком, так что наверняка он все о тебе знает.

Да, он знал, кто я такой, а я знал, кто он. Он также знает и нашу с ним предысторию. Я даже шутил, что Глэвин перед драфтом сказал руководству «Кингз», что не собирается играть в дальнейшем в хоккей, но они все равно выбрали его на 100 пунктов раньше меня. Думаю, это показывает, как низко я был в их списке.

Помнишь тот день, когда в «Лос-Анджелес» обменяли Уэйна Гретцки?

Наравне с Марио, я всегда следил за игрой Уэйна. Мне нравилось смотреть, как он играет, то, что он умел делать на льду, это просто невероятно. Он был владельцем юниорской команды, за которую я играл. Перед моим последним годом в юниорах он купил нашу команду в Квебеке, так что у меня был шанс познакомиться с ним до этого. Но каждый день наблюдать за тем как он играет, это было моей мечтой. Это было очень странно и очень сложно для меня, потому что весь первый сезон я не знал, что ему говорить и как вести себя с ним. Я находился под очень большим впечатлением.

Сидни Кросби часто сравнивают с Гретцки и Лемье. Что ты об этом думаешь?

Я думаю, что играй Сидни 20 лет назад, он был бы так же хорош. Он не уступает никому из игроков, кого я видел. В каждой игре он доминирует на площадке, просто иногда это не слишком заметно. Что мне в нем больше всего нравится, так это его характер. Я знаю его с 13-и лет, и он каждый день в своей жизни стремится стать лучше. Я очень уважаю его и его отношение к работе. Здорово, когда талантливый игрок хочет совершенствоваться каждый день, и этот прогресс виден остальным.

В прошлом сезоне Кэм Уорд выиграл Кубок Стэнли, будучи новичком. Насколько велика разница между такой победой и такой как у тебя, уже под самый занавес карьеры?

Не важно когда, если ты выигрываешь Кубок, это всегда нечто особенное. Но, на мой взгляд, разница в том, что когда твоя карьера подходит к концу, ты знаешь, насколько трудно дается эта победа,и что это может больше вообще никогда не случиться. Я гарантирую, что если вы спросите Кэма, то он скажет, что уверен, что выиграет Кубок Стэнли в следующем году. А через 10 лет он сядет и скажет: «Господи, а ведь тот год был по-настоящему особенным». Помню когда мы вышли в финал в 1993-м, после поражения в нем я думал: «В следующем году мы вернемся. В следующем году мы победим». Но «Короли» до 1998 года даже в плей-офф попасть не могли. Тут не угадаешь. Так что когда ты старше, ты наслаждаешься победой в Кубке Стэнли совсем по-другому. Ты ценишь каждый момент.

Кто дал тебе прозвище «Счастливчик» Люк?

«Тигр» Уильямс сделал это в мой первый сезон. У нас в команде был игрок, которого звали Моррис Лукович, и все звали его Люк. Так что каждый раз, когда кто-то кричал «Люк», мы оба отзывались. В первый свой сезон я жил с Марселем Дионном в его доме, и после моей первой игры «Тигр» стал звать меня «Счастливчиком» (Lucky). Ребята стали спрашивать, почему он назвал меня так, и он объяснил, что частично это из-за того, чтобы меня не путали с Луковичем, но в основном потому, что новичку повезло жить в самом большом доме среди всех игроков команды! На каждую тренировку я приезжал на «Мерседесе», машине Марселя, а свой первый гол я забил в первой игре в первой смене. Так что я довольно удачлив, с этим не поспоришь.

Некоторые полагают, что тебя зовут «Счастливчик» из-за твоей жены Стэйси. Она успешная певица и красивая женщина. Когда ты играл, как вам удалось подстраивать ваши карьеры друг под друга?

Я хотел, чтобы моя жена занималась тем, чем ей хочется. Мы проводим много времени с нашими детьми (два сына, Стивен и Джессе). Также много времени отнимает наш благотворительный фонд. Я верю в то, что каждый должен следовать за своей мечтой и заниматься тем, что любишь. Она любит свое дело, и наши взгляды на жизнь совпадают, так что нам весело вместе.

Песни Стэйси иногда передают по радио. Что бывает, когда вы едете в машине и включают ее песню?

Такое было пару раз. Это классно, мы получаем от этого удовольствие.

У тебя два сына. Они тоже играют в хоккей?

Нет, они не играют. Моему старшему 18, он актер. Мой младший играет на гитаре, поет песни и рисует, прямо как его мама.

Из всех голов, которые ты забил, какой-нибудь стоит особняком?

(пауза) Скорее всего, нет. Конечно, первый гол в карьере был особенным и каждый победный гол в плей-офф тоже очень важен. Память о том, как я забил 500-й гол или обошел Мориса Ришара, до сих пор переполняет меня. Но на самом деле, особенным было уже то, что мне выпал шанс играть в НХЛ.

Каким моментом в карьере ты гордишься больше всего?

Победой в Кубке Стэнли. С этим ничто не сравнится.

Ты президент и владелец команды Хоккейной лиги Соединенных Штатов «Омаха Лансерс». Это твой первый шаг к покупке команды НХЛ?

Я не думал об этом. В данный момент я просто пытаюсь усвоить уроки бизнеса. Тут действуют те же законы, что и в НХЛ, правда там денег в сто раз больше (смеется). Мне это доставляет удовольствие.

Увидим ли мы когда-нибудь Люка Робитайла в роли президента, владельца и игрока?

(смеется) Не знаю, это слишком много должностей для меня.

Как обстоят дела с болельщиками в Небраске?

Хорошо. На игры ходят в среднем 4000 человек, но мы потеряли около тысячи из-за того, что в наш город переехал фарм-клуб «Чикаго» «Омаха Найтс». Тут еще есть и университетская команда. У нас здесь много команд, которые играют на разных аренах, но мы справляемся, и думаю, останемся здесь надолго. Какой-то команде придется уехать, но не думаю, что это будем мы. Сейчас у нас дела идут лучше всех.

Представь себя на минуту комиссаром НХЛ. Должна ли в Лас-Вегасе быть команда НХЛ?

Да, думаю, болельщикам это понравилось бы. Там очень много туристов, в том числе и канадских. Каждый матч местной команды был бы настоящим событием, в том числе и для телевидения. Думаю, что это помогло бы развитию хоккея в будущем.

Нужно ли запрещать драки в хоккее?

Нет, я думаю, что они – часть игры. Я играл в Европе, где драк почти нет, но зато много запрещенных приемов клюшками. Как только драки в НХЛ запретят, то мы получим такую же ситуацию. Нам нужно вернуть уважение к этой игре.

Нужно ли увеличивать размеры площадки?

Это надо было делать в начале 90-х, когда повсюду строились новые стадионы. Но сейчас уже слишком поздно. Сейчас для этого пришлось бы менять слишком многое.

Должна ли каждая команда как минимум по разу играть с каждой командой?

Да. Я думаю, что они должны играть как минимум дважды – по разу в гостях и дома. У нас не бейсбол, где спокойно уживаются две лиги. В хоккее каждый болельщик хочет видеть всех игроков, и так и должно быть. В этом году все хотят видеть Кросби. В следующем году это будет кто-то другой. Так было, когда Гретцки играл за «Лос-Анджелес». Именно так и должно быть, я считаю.

Твоя карьера началась и закончилась в Лос-Анджелесе. Как за последние 19 лет здесь изменилось отношение к хоккею?

Многие не знают, но в Лос-Анджелесе одни из лучших болельщиков в Лиге. Даже в этом году, когда команда играет плохо, почти на каждом матче очень много зрителей. Это отличный хоккейный город. В эру Гретцки у нас был настоящий бум, и мы на нем выросли. В настоящее время в НХЛ играют несколько человек родом из Калифорнии, и хоккей здесь продолжает развиваться. Чем больше катков мы построим, тем больший эффект получим в будущем. И такие команды как «Анахайм» только помогают в этом.

Ты упомянул о «факторе Гретцки», но ничего не сказал о «факторе Робитайла». Кажется, что на каждой домашней игре «Королей» у половины болельщиков свитер с твоей фамилией на спине.

Я думаю, что у меня с болельщиками всегда была особенная связь. Все чувствуют, что я как будто вырос здесь. Для них я как приемный сын. Даже если я играл в другой команде, болельщики воспринимали меня как игрока «Кингз», и я надеюсь, что подобные отношения между мной и болельщиками сохранятся в дальнейшем.

Что самое лучшее в завершении игровой карьеры?

Я просыпаюсь по утрам, и у меня ничего не болит (смеется).

Да, но у тебя за карьеру не было серьезных травм.

Поверьте, я частенько выходил на лед с травмами. Мои дети и жена могут это подтвердить. Так что теперь мне приятно вставать по утрам и говорить самому себе: «Господи, так вот как живут нормальные люди».

Кто выиграет Кубок в этом году? (интервью было взято до начала плей-офф)

(пауза) Это сложный вопрос. Мне нравятся три команды – «Баффало», «Сан-Хосе» и «Анахайм». (пауза) Если бы пришлось выбирать кого-то одного, то выбрал бы «Уток», потому что мне нравится их защита и вратари.

Кто был твоим лучшим тренером?

Скотти Боумэн и возможно Барри Мелроуз (в настоящий момент журналист ESPN).

Ого, Мелроузу будет приятно это слышать.

Он был хорош. Он очень общительный человек, и игроки любили его.

Так, а почему вы с ребятами не поймали его и не укоротили ему его длинные волосы?

Мы должны были сделать это, но теперь этим придется заняться вам – ребятам с ESPN (смеется). Тогда, в начале 90-х это было нормально, но сейчас такие патлы - это уже слишком.

Ты снялся в нескольких сериалах и паре фильмов. Собираешься связать свою дальнейшую жизнь с кино?

Нет, никогда. Я знаю свои пределы, и мне не нравится сниматься, так что вряд ли я буду этим заниматься. Мне не нравится торопиться и ждать, а на съемках это происходит постоянно. Мне не нравится вся эта спешка.

Ты снялся в эпизодической роли в фильме «Внезапная смерть» с Жан-Клодом Ван Даммом. Это парень действительно владеет боевыми искусствами или просто жульничает?

Нет, он настоящий боец. Он отлично машет ногами и делает много других удивительных вещей. Нет, сомнений, что все это по-настоящему. Он хороший парень, и он был рад поговорить с кем-то на съемочной площадке по-французски.

Но на льду против Ларака ему пришлось бы несладко, не так ли?

О нет! Жорж его убил бы. Он очень маленького роста – где-то 1,65 м. Все эти голливудские актеры довольно мелкие в сравнении с хоккеистами.

Через несколько дней после того, как ты объявил о своем уходе из хоккея, состоялась твоя последняя домашняя игра. Как это было?

Это было весело. Вся игра прошла как в тумане. Я хотел объявить о своем уходе заранее, потому что знал, что это будет мой последний домашний матч. Я хотел быть честен по отношению к своим друзьям, чтобы они смогли прийти и посмотреть еще один мой матч. Было очень весело, прямо как на прощальной вечеринке.

Как ты себя чувствовал, когда исполнял буллит, а вся арена скандировала твое имя?

Тот буллит меня словно опьянил. Вратарь Микка Кипрусофф из «Калгари» хотел, чтобы я забил. Он как можно шире раздвинул щитки и помню, как подумал: «Зачем он это делает? Это слишком широко!» Так что я не бросил ему между щитков, потому что это было бы ненормально. Я думал, что он пытается меня обмануть. На следующий день тренер «Шаркс» Рон Уилсон, который знает Кипрусоффа, сказал мне: «Что ты творишь? Он специально раздвинул щитки, чтобы ты, идиот, мог забить!» Я сказал: «О, Господи!» (смеется)

(со смехом) Удивительно, как с таким ходом мыслей ты сумел забить хотя бы один гол в НХЛ, не говоря уже о 668.

(смеется) Это точно.

Когда ты сейчас смотришь хоккей, не думаешь ли ты, что и сейчас мог бы выходить на лед и спокойно забивать по 20-25 голов за сезон?

Конечно, особенно рядом с такими игроками как Анце Копитар. Но я не скучаю по хоккею. Мне просто нравится сейчас смотреть хоккейные матчи и помогать молодежи.

А кем будет Люк Робитайл через 15 лет?

Может быть, возобновлю игровую карьеру (смеется). Господи, 15 лет… Даже не знаю. Наверное, буду на пенсии где-нибудь в горах или на пляже. В общем, буду где-нибудь наслаждаться жизнью, такой у меня план.